www.LitLib.net: Новинки книг - Последние поступления в библиотеку

Навий Новый Год - Мию Логинова [Фэнтези]

Fri, 9 Oct 2026 18:02:49 +0400

В Навьем лесу зима и праздник Коляды. Василиса и ее парень едут в гости к друзьям, чтобы отмечать всей гурьбой. Ядвига получает неожиданное послание от подруги из-за границы, которое случайно попадает на глаза Горынычу и теперь елка рискует в самом деле загореться. Причем не из-за волшебной гирлянды, а от горячего норова Светослава. Встретимся со всеми старыми знакомыми и посмотрим, как Навичи провожают самую темную ночь года, чтобы оставить в ней все плохое.

Всего одна ночь - Лия Султан [Современные любовные романы]

Fri, 9 Oct 2026 18:01:40 +0400

— Амир Тимурович? Что вы здесь делаете? На пороге стоит мой босс. Он скользит тяжелым, пристальным взглядом по босым ступням, ногам в коротких шортах и растянутой, почти прозрачной белой футболке. Щеки пылают, потому что в его глазах кипит ярость. — Для тебя просто Амир, — его пальцы сжимают металлическую дверь, чтобы я ее не закрыла. — Или ты забыла, как шептала мое имя в постели? — Забыла. Уходите. Поговорим завтра, но не здесь, — хрипло требую я и вдруг понимаю, что если он, узнал мой адрес, значит поднял мое личное дело и обо всем узнал. — Нет, здесь и сейчас. Босс толкает дверь и оказывается в моей прихожей. Он шагает ближе, и мне приходится поднять голову, чтобы встретиться с его взглядом. — Я знаю о сыне, Лена, — произнёс он и замолчал, глядя на то, как мои глаза расширяются от ужаса. — Когда ты планировала мне рассказать? Никогда? — Мамочка, — замираю, потому что из комнаты выбегает мой кучерявый мальчик в синей пижаме, с глазами, как у отца. Пять лет назад у нас была всего одна ночь в лондонской гостинице. Он пообещал не искать меня, а утром я сбежала из номера и улетела, забрав с собой его частичку. И вот судьба столкнула нас вновь. Только теперь он - мой босс.

Всё, что осталось за кадром - Лия Султан [Современные любовные романы]

Fri, 9 Oct 2026 18:00:46 +0400

— Почему у тебя в редакции бардак? Артур смотрит на меня сверху вниз, пытаясь пробить мою броню. — У меня нет бардака. Девочки просто повздорили. — Твои «девочки» не поделили мужика! — Все не совсем так. Или ты теперь слышишь звон, но не знаешь, где он? Искры летят в разные стороны. Он злится, что не может меня больше контролировать. А я в этот момент наслаждаюсь его бессилием. Смотри, Артур, какая я стала, после того, как девять лет назад ты катком прошелся по моей любви. — Любишь пословицы? — бесится он. — Знаешь такую: “Рыба гниет с головы”? — О как! — прищуриваюсь. — Предъявить мне что-то хочешь? Мы стоим слишком близко. И наша холодная война вот-вот закончится ядерным взрывом. — Ходят слухи, что у тебя роман с ведущим. Я медленно облизываю губы и усмехаюсь ему в лицо: — С каким именно? У нас их несколько. * * * Артур Миллер — новый генеральный директор телеканала. Мара Юсупова — его лучший выпускающий редактор и бывшая жена. Спустя 9 лет после развода они вынуждены работать вместе, но теперь все будет по-другому. Мара больше не безумно влюбленная студентка журфака. И Артуру придется иметь дело с новой, сильной и непробиваемой бывшей женой, которая вызывает в нем не столько раздражение, сколько новый интерес, жгучую ревность и бешеное желание.

Я попала в книгу, но она врала о внешности злодея - Эва Морей [Юмористическое фэнтези]

Fri, 9 Oct 2026 17:58:37 +0400

Что может быть хуже, чем проснуться внутри второсортного любовного романа? Только одно - оказаться в нем бесправной горничной. Но я человек позитивный. Поэтому, обнаружив себя валяющейся на полу в чепчике и с пипидастром в руках, унывать не стала. Мой план был прост: запастись попкорном, изредка махать тряпкой и со стороны наблюдать за красивой любовной историей главных героев. Ну и, если повезет, подглядеть пару жарких сцен. По пути придется слегка помешать главному антагонисту - маленькому, желчному мужичку, который по сюжету спит и видит, как бы испортить всем хэппи-энд. План был идеальным. Ровно до тех пор, пока пугающе идеальный и чертовски харизматичный оживший Мистер Совершенство не оказался тем самым антагонистом. Получается, книга безбожно врала? И если сюжет переврал даже внешность главного злодея, то о чем еще умолчал первоисточник?

Чарующая Магнолия - Розалин Сильвер [Исторические любовные романы]

Fri, 9 Oct 2026 17:57:50 +0400

Юная Магнолия после гибели родителей вынуждена жить в доме дяди, холодного и грубого человека. Он принуждает девушку к браку с загадочным графом, которого Магнолия не видела ни разу за несколько лет помолвки. Подозревая, что от затеянной дядей свадьбы не следует ждать добра, девушка решает убежать из дома и отправиться на юг Франции, под защиту родственников со стороны матери. В пути Магнолия случайно встречает привлекательного незнакомца, который рыцарски вызывается сопровождать девушку, и с каждым днём влюбляется в него всё сильнее, не подозревая, что молодой человек близко знаком с её женихом. Тем временем, дядя её уже пустился на поиски беглянки, готовый найти племянницу во что бы то ни стало.

Пышка для главврача - Эвелин Найт [Эротика]

Fri, 9 Oct 2026 17:43:48 +0400

Три моих железных правила: не спать с коллегами. Не спорить с начальством. Не верить красивым мужикам, которые говорят комплименты пышкам вроде меня. Новый главврач Артём Волков заставил меня нарушить все три. Он холоден как скальпель и красив как грех. Он смотрит на меня так, что плавится позвоночник. Он целует меня в своём кабинете, пока за дверью идёт планёрка. Я знаю, чем заканчиваются такие сказки для девушек с пятьдесят вторым размером. Но, кажется, я уже не могу остановиться.

Пламя крови. Любовь через боль - Даяна Мун [Любовное фэнтези]

Fri, 9 Oct 2026 17:42:38 +0400

Их встреча — это роковой танец на краю бездны, где страсть, подобная всепоглощающему пламени, смешивается с предчувствием неизбежной потер. Он — холодный, логичный, структурированный, само олицетворение порядка. Она — молодая, наивная, спонтанная, яркая и хаотичная. Кажется, что между ними нет ничего общего и быть не может. Или может ? Их миры, столь разные, сталкиваются, порождая бурю эмоций, где каждое прикосновение, каждый взгляд — это вызов законам природы, вызов самой судьбе. Их чувства — это бушующий океан, вздымающийся до небес и низвергающийся в бездну отчаяния и боли.

Убийца драконов и его тень. Красные нити - Марьяша Ришелье [Любовное фэнтези]

Fri, 9 Oct 2026 17:41:04 +0400

«Даже у твари должно быть имя, — сказал я, разбивая очередное зеркало. — Чтобы было кого матом крыть, когда ты снова вылезешь из отражения». Она — моё проклятие. Моя немая тень с красными нитями на губах. Моя боль, обретшая лицо. Принцесса, которую я спас, оказалась рукожопой сукой. Вместо награды она наградила меня проклятием, которое должно было убить. Но магия дала сбой. И теперь эта маленькая, тёплая, пахнущая грушами тварь преследует меня по всем зеркалам мира. Я хотел её уничтожить. Я бил стёкла, проклинал и ненавидел. А она молча смотрела и ждала. И однажды я понял, что не хочу, чтобы она исчезала. * * * «Даже у твари должно быть имя», — сказал он. И назвал меня Моник. Я — его проклятие. Я родилась из его боли в тот день, когда принцесса предала его. Мои губы зашиты красными нитями. Я не могу говорить. Только смотреть. Он ненавидит меня. Он разбивает зеркала, в которых я появляюсь. Он пытался убить меня тысячу раз. А я защищаю его. Я отвожу от него тварей. Я согреваю его в холодные ночи. Потому что знаю то, чего не знает он. Я — не сбой магии. Я — это он. Вся его боль. Вся его тоска. Всё его одиночество, которое он затыкал годами. Он хочет снять нитки. Он хочет услышать мой голос. Но когда я заговорю, он услышит себя. Всю ту грязь, которую прятал. Каждую ошибку. Каждую слабость. Сможет ли он выдержать? Или кинжал снова дрогнет в его руке?

Подарок для победителя - Алиса Холин [Любовное фэнтези]

Fri, 9 Oct 2026 17:37:43 +0400

Как ни надеялась юная травница Ария на спокойную жизнь в лесном домике с бабушкой, попала-таки в неприятности, и нешуточные – угодила в плен к могущественному воину Радмиру. Скоро эти двое влюбляются и понимают, что не могут жить друг без друга. Только Ария начинает догадываться, что страстная любовь не даёт раскрыться Дару прорицания, который ей предсказала бабушка и которого она ждала всю жизнь...

Холодные комнаты - Александр Фрост [Детектив]

Fri, 9 Oct 2026 05:35:18 +0400

Создано с помощью нейросети. *** Мужчина умер в собственной квартире от переохлаждения. Батареи горячие, форточки заклеены с октября, комнатный термометр показывает плюс двадцать четыре. На стекле изнутри — иней и отпечаток маленькой ладони. Эксперт разводит руками второй раз за эту осень: все признаки замерзания налицо, объяснить их нечем. Майор Астахов поднимает статистику по дому и находит ещё четыре зимние смерти за шесть лет. Все погибшие — одинокие старики, все собственники, все квартиры после похорон уходят чужим людям. Версия складывается быстро и красиво: чёрный риелтор, завещания на дому, дом под расселение. Мешает мелочь. Одна из погибших незадолго до смерти жаловалась соседке, что у неё пропала старая медная копейка, которая много лет лежала под порогом. А в подвале дедовского дома Астахова ждёт запись за февраль девяносто восьмого года: тогда к его семье приходил вежливый человек в пальто и предложил договор. Дед согласился — и нарушил слово незадолго до того, как погибла сестра Астахова.

Ночной провожатый - Александр Фрост [Детектив]

Fri, 9 Oct 2026 05:35:03 +0400

Создано с помощью нейросети. *** Заречный парк, шесть утра, туман. У старой танцплощадки лежит девятнадцатилетняя студентка. Деньги при ней, телефон при ней, следов борьбы нет. Рядом на плитке ровно стоит стакан с кофе из кофейни, которая закрылась четыре часа назад. Эксперт разводит руками: девушка здорова и мертва. Причины смерти нет. Единственная примета — тонкая линия на шее, которую видно глазом и не видно под микроскопом. Майор Астахов ведёт дело как обычное убийство: ночной беговой клуб, тренер без алиби, коробка с чужими вещами у него в шкафу. Версия складывается почти идеально — начальству она нравится, прессе тем более. Мешают мелочи. На мокрой листве вокруг тела нет ни одного следа. Человек с камеры выходит из парка с чётким до молнии на кармане силуэтом и размытым пятном вместо лица. Через четыре дня в парке найдут второго. И окажется, что оба погибших в последние недели говорили близким одно и то же: у людей не те лица. А ключ, который сестра оставила Астахову перед смертью, наконец подойдёт к замку в

Найти спрятанного - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:34:31 +0400

Создано с помощью нейросети. *** Приказчик прятался от векселей пять месяцев. Женщина ушла от мужа и меняла жильё четырежды. Весовщик дал показания против хозяина и жил под чужой фамилией, не выходя из комнаты. Все трое сняли углы под вымышленными именами и платили вперёд, чтобы хозяйки не задавали вопросов. Все трое прятались от разных людей, в разных концах города, и знать друг друга не могли. Всех троих нашли. Начальник Сыскной управы Андрей Ремизов две недели не может понять не кто убил, а как в городе с двумя сотнями тысяч жителей находят человека, который не выходит на улицу. Ответ хуже вопроса: в Стрежне живёт то, чего здесь быть не должно, и у этого есть хозяин, берущий двадцать пять рублей за розыск. А ещё в этой книге Ремизов наконец узнает, что такое якорь, — и это будет лучший его день за полтора года.

Наследие тьмы. Пробуждение - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:34:13 +0400

Создано с помощью нейросети. *** Тысячу лет он был архимагом тьмы — тем, чьё имя произносили шёпотом и с оглядкой, тем, кто повидал больше смертей и предательств, чем способен вместить человеческий разум. А теперь он открывает глаза в теле семнадцатилетнего юноши, истекающего кровью от трёх ножевых ранений — подарка от собственных родителей, решивших, что чужое завещание важнее чужого сына. Александр Дренмор не хотел ни власти, ни мести, ни новой войны. Он хотел лишь одного — покоя. Спокойно жить, неспешно оттачивать позабытое всеми искусство магии тьмы, наслаждаться простыми радостями новой жизни. Но угасающий род, три ножа в спину и наёмники за дверью — лишь первая капля в море проблем. Потому что в этом мире, где магия делится на лекарей, некромантов, химерологов и десятки других школ, тьма считается забытой ересью. А Система — ордена, корона, церковь — не терпит независимых игроков. Особенно тех, кто слишком силён, чтобы его контролировать, и слишком спокоен, чтобы бояться.

Бросьте вы это - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:33:25 +0400

Январь 1928 года. Морозов выходит в отставку — пятидесяти восьми лет, после двадцати шести лет сыска и четырёх властей. И обнаруживает, что у него нет ничего, кроме дела. Он берётся за папку, которую возит с собой пятнадцать лет: убийство Ольги Дмитриевны Верейской, 24 февраля 1913 года, Петербург, лёд у Тучкова моста. Соучастник осуждён в четырнадцатом. Убийца не установлен. Двадцать три письма, одиннадцать ответов — и одна догадка, которую следовало сделать шестнадцать лет назад. В августе он поедет в Тюмень и найдёт в сарае на окраине старика шестидесяти одного года, который подшивает валенки в перчатках, потому что у него обожжены руки. По закону этому человеку не будет ничего: срок давности прошёл пять лет назад. А Морозов узнает то, ради чего ехал: какими были последние слова убитой — и почему именно из-за них её и убили. Финальная книга цикла.

Два левых ботинка - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:33:08 +0400

Июнь 1927 года. В рапорте о задержанном на станции бродяге дежурный делает приписку не по форме: «При задержании спрашивал, какой нынче год». Морозов читает эти три строки трижды. За пятнадцать лет он видел такой вопрос в бумагах дважды — и один раз задал его сам, лёжа на полу в комнате на Свечном переулке в декабре двенадцатого года. Задержанный окажется тем, кого Морозов ждал пятнадцать лет и о встрече с кем передумал всё, кроме одного. А ещё окажется, что тело, в котором он очнулся, принадлежит человеку, задушенному ремнём у сто девятой версты из-за четырнадцати рублей, — и что этот человек не умер только потому, что бродяга, волокший его в болото, бросил на полдороге: покойник застонал. Последнее дело Морозова на службе. В ноябре ему объявят об увольнении в отставку.

Пятая тетрадь - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:32:52 +0400

Март 1924 года. Морозов спускается в погреб, вынимает из ящика медную бляху, гасит фонарь — и не видит ничего. Ни через пять минут, ни через двадцать. Двенадцать лет он полагал это главным, что в нём есть. Теперь оказывается, что оно уходит с возрастом, как уходит способность читать без очков, и что за все годы оно решило дело ровно четыре раза из трёхсот двадцати. А осенью 1925-го в новом доме на Ядринцевской находят задушенным счетовода шестидесяти трёх лет. Сорок два рубля в сундуке не тронуты. На дне сундука лежит медная пластина с изображением зверя — и Морозов впервые держит такую вещь в руках, ничего о ней не зная заранее. Убитый тридцать один год, по собственной охоте и без всякого поручения, выписывал старые межи четырёх уездов. И кому-то из девяти его тетрадей помешала одна.

Человек со шрифтом - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:32:38 +0400

Осенью 1922 года в России появились деньги, которые на другой день стоят столько же, сколько накануне. Морозов делает из этого единственный вывод, какой можно сделать по его части: теперь будут подделывать. За девять лет он не вёл ни одного дела о фальшивых — подделывать было нечего. Первую фальшивую червонную бумажку находят в марте. Она печатана с клише, резанного человеком, который знает типографское дело, и набрана настоящим шрифтом. А в апреле начинается чистка. По анкете Морозова — двадцать шесть лет сыска, из них четыре при царе и полтора при Колчаке, — вычищают в первую очередь. И когда сбытчик даст приметы человека, который приносит ему пачки, окажется, что они подходят к единственному в этом городе человеку, знающему о деле Морозова почти всё. К наборщику, у которого дома полтора пуда типографского шрифта.

Сорок один двор - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:31:42 +0400

1921 год. Восстание перерезало дорогу, в городе нет хлеба, а весной приходит НЭП — и вместе с ним возвращаются рынки, лавки, скупщики. Город несёт в лавки всё, что прятал с семнадцатого года. Для Морозова это значит одно: впервые за девять лет у него есть способ искать то, чего он не досчитывается. Не ездить по деревням, а смотреть, что несут продавать. В октябре крестьянин продаёт в лавку медную пластину с изображением зверя — и через сутки его находят убитым на дороге, а тело перенесено за кусты, чего грабитель не делает. Пластину покупает приезжий учёный из Томска. Этот учёный станет первым за девять лет человеком, который занимается такими вещами по науке и не знает о них ничего. А потом за две минуты укажет Морозову на ошибку, которую тот делал девять лет.

Мёртвые едоки - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:31:18 +0400

1920 год. Город вышел из тифа, потеряв за зиму столько людей, сколько в нём жило до войны. Новая власть не принимает город, а переустраивает его: национализация, трудовая повинность, карточки, уплотнение. В августе убит заведующий продовольственным отделом, и через шесть часов дело забирает чрезвычайная комиссия: контрреволюция. По нему берут одиннадцать человек, из которых двое — учитель и священник. Морозов успел пробыть на квартире двадцать минут и запомнить семь вещей. Убитый впустил и сел за стол, на столе два стакана, беспорядка нет, а у порога лежит чужая фуражка. Вести дело ему не дадут. Но у него в отделе третий месяц лежит материал о недостачах в двух распределителях — и это дело уголовное, а значит, его. Одиннадцать тысяч корешков от хлебных карточек покажут то, чего не видно ни в одной отчётности: едоков, которых нет.

Чистые ногти - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:31:03 +0400

Осень 1919 года. Город тонет: вместо семидесяти тысяч жителей в нём двести, вокзал забит, эшелоны стоят неделями, и с сентября пришёл сыпной тиф. К декабрю умирает по сто пятьдесят человек в сутки, и учёта умерших не ведётся нигде. В таком городе убийство спрятать проще всего: достаточно положить тело к бараку, третьим в ряду из шести. Этого нашли только потому, что у него были чистые ногти — и потому, что надзиратель, двадцать два года прослуживший в этом городе, на них посмотрел. Под ногтями типографская краска, на пальцах мозоли наборщика, а подкладка жилета аккуратно распорота: там, зашитые отдельно, лежали две бумаги размером четыре на шесть вершков. Морозов установит, что убитый хранил их восемнадцать лет и в ноябре ходил на станцию — смотреть составы. Он ждал, когда через город пройдёт архив его губернского правления.

Двести пятьдесят три - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:30:44 +0400

Июнь 1918 года. В городе новая власть, и город чистят: за месяц берут около шестисот человек — всех, кто с декабря по май служил при советах. А потом берут Гурьева. Слесаря, поставленного начальником милиции, потому что некого было ставить, который за семь месяцев не подписал ни одного политического ареста и шестнадцать раз освободил задержанных «за недоказанностью». Контрразведка предлагает Морозову разобрать двести пятьдесят три заявления, по которым взяты люди. Не служить — работать по письменному поручению. И объясняет прямо: офицеров учили брать высоту, а не разбирать, кто на кого написал, — они верят бумаге. Он возьмётся, поставив три условия, — и обнаружит, что три четверти доносов написаны соседями, должниками и обойдёнными, а одиннадцать сочинены одним стариком-писцом, сорок лет писавшим в уездном суде всё, что велят.

Бумага и печать - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:29:49 +0400

Осень 1917 года. В городе одиннадцать учреждений, выдающих бумаги, и пятнадцать круглых печатей, из которых восемь может взять кто угодно. Проверить мандат нельзя никак — и Морозов доказывает это на себе, войдя с поддельным предписанием в три дома подряд. Второго октября в дом купца приходят четверо. Предъявляют бумагу с настоящей печатью, вежливо производят обыск, составляют опись и оставляют её хозяину. За три месяца таких случаев семь: всегда с описью, всегда без крика — и всегда, первым номером, немного муки, которую не стали бы тащить люди, уносящие в кармане две тысячи. Морозов ищет не бандита. Он ищет человека, который девять лет писал казённые бумаги и однажды понял, что бумага действует не оттого, что она правильная, а оттого, что все привыкли ей верить, — и что эта привычка сломалась. А пока он ищет, власть в городе переменится дважды.

Город без старого - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:29:33 +0400

Февраль 1917 года. Морозов приезжает в Ново-Николаевск — город, которому двадцать три года и в котором семьдесят тысяч жителей, семь паровых мельниц и ни одного сыскного отделения. Здесь всякий приезжий, и старого нет вовсе. Он начинает с картотеки. Через три недели полицию упраздняют. В марте на площади жгут бумаги — и вместе с жандармскими делами сгорают журналы происшествий за четыре года, алфавит судимых и дактилоскопия. А из тюрьмы по амнистии выходят двести восемьдесят четыре человека, из которых двести шестьдесят пять сидели за кражи, грабежи и убийства. К апрелю в городе, где за весь прошлый год случилось двадцать восемь убийств, случается девять за три недели. Морозов придёт к начальнику новой милиции и попросит не должность, а одно дело — самое безнадёжное. И впервые за четыре года будет работать, не имея за спиной ничего: ни бумаги, ни власти, ни учреждения.

Сорок одно, не установлено - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:29:16 +0400

Июль 1916 года. Девять месяцев Морозов разыскивал сестру человека, чьё имя носит четвёртый год, — и нашёл: она жива, водворена в пензенской деревне, шьёт по двенадцать часов за угол и хлеб. Единственный человек на свете, способный его опознать. Он поедет к ней, зная, что любой исход этой встречи плох. И там выяснится, что все четыре года он боялся не того. А в октябре придут две телеграммы из Тюмени. Одна позовёт его как наследника, вторая — как сыщика: человек, проживший восемьдесят два года и трижды начинавший тело заново, умер в своей постели, за два дня до смерти сжёг часть бумаг, а из его комнаты пропала шкатулка. В ней окажется то, ради чего он полвека вёл счёт: сорок один вопрос, из которых против сорока стоит «не установлено». И признание, которого он не сделал при жизни. Финал московской арки.

Полтора аршина - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:28:59 +0400

Весна 1916 года. Год назад Морозов настоял на том, чтобы четверым обокраденным вернули не вещь, а выбор: приехать, объяснить и предложить решить самим. Один отказался, вдова продала за четыре рубля, а в тверской деревне Заречье старуха Кузьмина взяла — «от деда лежала, пущай лежит». В мае приходит известие: она слегла на Рождество, пролежала четыре месяца и умерла на Светлой неделе. Ни боли, ни жара, ни кашля — одна слабость, при полной памяти до последнего дня. А в феврале в том же дворе была кража: унесли бельё, самовар и «медное». Морозов едет за пятьсот вёрст — в отпуск, за свой счёт, по делу, которого не существует. И находит: сундук стоял в полутора аршинах от изголовья, сундук не взломан, а бляха внесена в опись похищенного. Он выяснит, куда она делась, достанет её со дна реки и вернёт хозяевам. И запишет в свою тетрадь то, чего не пишут в производствах: что совет был верен и что он, по всей вероятности, стоил этой женщине жизни.

За кого некому спросить - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:28:40 +0400

Осень 1915 года. После великого отступления Москва наполнилась людьми, которых никто не считает: беженцами. Их два миллиона, они живут в манеже, в цирке, в школах, и списки одиннадцати комитетов не сходятся между собой. К Морозову приходит женщина из-под Ломжи: дочь одиннадцати лет она отдала в мастерскую через даму из комитета, а в комитете говорят, что такой записи нет. В книгах числится четыреста семнадцать устроенных детей; у пятидесяти пяти не проставлен адрес; двадцать четыре записи сделаны рукой, которой в комитете не знают. У всех двадцати четырёх жива мать. У девятнадцати из двадцати четырёх мать неграмотна или не говорит по-русски. Их выбирали не по возрасту и не по здоровью — их выбирали по тому, что за них некому спросить. А в это же время Морозов разыскивает по тем же спискам женщину, встреча с которой может его погубить: сестру человека, чьё имя он носит третий год.

Двадцать пятое мая - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:28:17 +0400

Апрель 1915 года. Морозова прикомандировывают к следственной части при штабе военного округа — по делам о шпионстве. Полковник, восемь месяцев разгребающий доносы, говорит прямо: из двухсот восьмидесяти дел до суда дошло девять, «мне нужны люди, которые умеют не находить того, чего нет». А в конце мая Москва три дня бьёт стёкла. Громят немецкие лавки, потом всякие с нерусской вывеской, потом просто богатые. Четыреста семьдесят пять разгромленных заведений и пять убитых по официальным сведениям. Одного из них нашли в подвале разгромленной конторы, и полиция записала его в общее число. Только толпа не гонит человека через две комнаты в дальний угол подвала и не связывает ему руки. А за сутки до погрома он получил по почте письмо с угрозой — и из конторы пропала одна-единственная вещь: книга, в которой записано, во что обходится казённый подряд на сто восемьдесят тысяч.

Тридцать шесть - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:27:56 +0400

Март 1915 года. За сорок вёрст от Тюмени, в усадьбе за высоким забором, живут одиннадцать человек, о существовании которых не знает никто в империи: девять из них видят то, чего не видят другие, при них состоит опальный доктор, а содержит их всех человек, не стареющий сто пятьдесят два года. Морозов приехал сюда искать вора. Из хранилища, о котором знал один-единственный человек на свете, за полгода пропали пять предметов, и хозяин впервые в жизни написал: я к этому не готов. Здесь Морозов наконец увидит своими глазами то, во что полтора года верил на слово: тридцать шесть вещей, лежащих вместе, совершенно темны, а стоит вынуть одну — и она горит зелёным. И здесь же он найдёт вора, который брал по одной, не спеша, полгода — и не взял единственную вещь, принадлежавшую ему самому. Потому что своё брать было бы воровством. А чужое, как он скажет, — это возврат.

Призван годным - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:27:41 +0400

Москва, декабрь 1914 года. Город превратился в шестьсот лазаретов, у ворот стоят женщины, приехавшие искать сыновей, — общего списка раненых в стране не существует. В сыскное отделение приходит заявление от неграмотной крестьянки: сын был ранен под Варшавой, три месяца лечился в Москве, поправлялся и писал, что комиссия признала его годным и после Рождества отправят в полк. Через девять дней он умер от воспаления лёгких. В последнем письме стояло: «наш фельдшер сказал — было бы триста рублей, и была бы бумага, что негоден. Я ему сказал, что это неправильно и что до начальства дойду». Дело мёртвое: врач отправлен на фронт, вскрытия не было, тело в общей могиле. Но за два месяца в этом лазарете умерли пятеро — и все пятеро незадолго до смерти были признаны годными к строевой. Морозов найдёт того, кто торговал бумагами о негодности. А потом обнаружит, что тот здесь ни при чём, — и что настоящую причину нельзя ни арестовать, ни привести в суд.

Особые предметы - Александр Фрост [Попаданцы]

Fri, 9 Oct 2026 05:27:22 +0400

Июль 1914 года, Москва. У Морозова шестнадцать дней до медицинского освидетельствования, на котором департамент полиции сличит его приметы с паспортной книжкой. В книжке значится рубец от ожога на левом предплечье. Рубца нет. Подделать нельзя, купить врача — значит перестать быть тем, кем он прожил здесь полтора года, бежать некуда. Остаётся единственный ход: оспорить не приметы, а саму запись — и доказать, что особые приметы в этой империи пишет усталый волостной писарь со слов, не глядя. И ровно в эти дни ему кладут на стол дело о человеке, восемь лет живущем по чужому паспорту: примерном приказчике, отце двоих детей, у которого в книжке недостаёт фаланги пальца, а на руке все пальцы целы. Морозов будет ловить его тем самым способом, каким через две недели станут ловить его самого. А двадцать пятого июля, когда он придёт на освидетельствование с папкой доказательств против собственных документов, по Тверской уже шестой день будут ходить с флагами.